Подборка лучших высказываний, афоризмов и цитат из романа «Преступление и наказание» по мнению зацитачено.ru. Надеемся что, среди подобранных нами жизненных высказываний, вы найдете нужную мысль.

Слова еще не дело.

И дойдешь до такой черты, что не перешагнешь ее — несчастна будешь, а перешагнешь, — может, еще несчастнее будешь.
Вранье всегда можно простить; вранье дело милое, потому что к правде ведёт.
Впрочем, вот уж два года хочу все замок купить, — прибавил он небрежно. — Счастливые ведь люди, которым запирать нечего?
Умная женщина и ревнивая женщина — два предмета разные.
Кто много посмеет, тот у них и прав. Кто на большее может плюнуть, тот у них и законодатель, а кто больше всех может посметь, тот и всех правее! Так доселе велось и так всегда будет! Только слепой не разглядит!
…всё в руках человека, и всё-то он мимо носу проносит, единственно от одной трусости… Любопытно, чего люди больше всего боятся?
Разве я старушонку убил? Я себя убил, а не старушонку!
Истинно великие люди должны ощущать на свете великую грусть.
Власть даётся только тому, кто посмеет наклониться и взять её. Тут одно только, одно: стоит только посметь!
Вот эдакая какая-нибудь глупость, какая-нибудь пошлейшая мелочь, весь замысел может испортить!… Мелочи, мелочи главное!.. Вот эти-то мелочи и губят всегда и всё. Раскольников
Я, видите ли, уже десять лет не посещал Петербурга. Все эти наши новости, реформы, идеи — все это и до нас прикоснулось в провинции; но чтобы видеть яснее и видеть все, надобно быть в Петербурге.
Человек он умный, но чтоб умно поступать – одного ума мало.
Но умная женщина и ревнивая женщина – два предмета разные, и вот в этом-то и беда.
У всякого свои шаги. Родион Раскольников
Умные речи приятно и слушать.
Он был до того худо одет, что иной, даже и привычный человек, посовестился бы днем выходить в таких лохмотьях на улицу.
Всё зависит, в какой обстановке и в какой среде человек. Всё от среды, а сам человек есть ничто.
Ему вдруг стало самому решительно все равно до чьего бы то ни было мнения, и перемена эта произошла как-то в один миг, в одну минуту.
Как ты думаешь, не загладится ли одно, крошечное преступленьице тысячами добрых дел? За одну жизнь – тысячи жизней, спасенных от гниения и разложения. Одна смерть и сто жизней взамен – да ведь тут арифметика!
Наука же говорит: возлюби, прежде всех, одного себя, ибо все на свете на личном интересе основано.
Виноватый боится закона, невиновный – судьбы.
При неудаче все кажется глупо.
Чем хитрей человек, тем он меньше подозревает, что его на простом собьют. Хитрейшего человека именно на простейшем надо сбивать.
Да и вообще у нас, в русском обществе, самые лучшие манеры у тех, которые биты бывали.
Наслаждайтесь тем, что вы делаете и вы никогда в своей жизни не будете работать.
Вот в чем одном признавал он свое преступление: только в том, что не вынес его и сделал явку с повинною.
Эй, жизнью не брезгайте!Много ее впереди еще будет.
Всё ему некогда, всё ему мешают, а сам лежит и ничего не делает.
Человек не родится для счастья, человек заслуживает счастья, и всегда страданием.
Вранье есть единственная человеческая привилегия перед всеми организмами.
Один какой-нибудь стакан пива, кусок сухаря – и вот, в один миг, крепнет ум, яснеет мысль, твердеют намерения!
На какое дело хочу покуситься и в то же время каких пустяков боюсь!
Огарок уже давно погасал в кривом подсвечнике, тускло освещая в этой нищенской комнате убийцу и блудницу, странно сошедшихся за чтением Вечной книги.
Любопытно, чего люди больше всего боятся? Нового шага, нового собственного слова они всего больше боятся…
Ведь тут что всего обиднее? Ведь не то, что они врут; вранье всегда простить можно; враньё дело милое, потому что к правде ведет. Нет, то досадно, что врут, да ещё собственному вранью поклоняются.
Соврешь – до правды дойдешь!
Только бы жить, жить и жить! Как бы ни жить – только жить!.. Экая правда! Господи, какая правда! Подлец человек! И подлец тот, кто его за это подлецом называет.
Порядочный человек обязан скучать.
Во всем есть черта, за которую перейти опасно; ибо, раз переступив, воротиться назад невозможно.
Всякого человека нужно сначала осмотреть самому, и поближе, чтоб о нем судить.
Черный змей ужаленного самолюбия всю ночь сосал его сердце.
Ох уж эти брюзгливые! Принципы!.. и весь-то ты на принципах, как на пружинах; повернуться по своей воле не смеет; а по-моему, хорош человек — вот и принцип.
Ко всему-то подлец-человек привыкает! Родион Раскольников
Русские люди вообще широкие люди, Авдотья Романовна, широкие, как их земля, и чрезвычайно склонны к фантастическому, к беспорядочному; но беда быть широким без особенной гениальности.
Все в руках человека, и все-то он мимо носу проносит, единственно от одной трусости. это уж аксиома. Любопытно, чего люди больше боятся? Нового шага, нового собственного слова они всего больше боятся.

Я же рад встречать молодежь: по ней узнаешь, что нового.

Тем что оттолкнешь человека — не исправишь, тем паче мальчишку. С мальчишкой вдвое осторожнее надо.
У Мармеладова осталась только одна надежда – потусторонний мир.
Вопрос же: болезнь ли порождает самое преступление или само преступление, как-нибудь по особенной натуре своей, всегда сопровождается чем-то вроде болезни?
Знаю, что не веруется, — а вы лукаво не мудрствуйте; отдайтесь жизни прямо, не рассуждая; не беспокойтесь, — прямо на берег вынесет и на ноги поставит.
Ведь надобно же, чтоб у всякого человека было хоть одно такое место, где бы и его пожалели!
Нет, на родине лучше: тут, по крайней мере, во всем других винишь, а себя оправдываешь.
Сила, сила нужна: без силы ничего не возьмешь; а силу надо добывать силой же, вот этого-то они и не знают.
Как ты думаешь, не загладится ли одно, крошечное преступленьице тысячами добрых дел? За одну жизнь – тысячи жизней, спасенных от гниения и разложения. Одна смерть и сто жизней взамен – да ведь тут арифметика! Раскольников
Нет ничего в мире труднее прямодушия и нет ничего легче лести.
Я слишком много болтаю. Оттого и ничего не делаю, что болтаю. Пожалуй, впрочем, и так: оттого болтаю, что ничего не делаю.
Этот ничтожный трактирный разговор имел чрезвычайное на него влияние при дальнейшем развитии дела: как будто действительно было тут какое-то предопределение, указание.
О, низкие характеры! Они и любят, точно ненавидят.
Пью, ибо сугубо страдать хочу!
Редко где найдется столько мрачных, резких и странных влияний на душу человека, как в Петербурге.
Как ты думаешь, не загладится ли одно, крошечное преступленьице тысячами добрых дел? За одну жизнь – тысячи жизней, спасенных от гниения и разложения. Одна смерть и сто жизней взамен – да ведь тут арифметика!
Ты ведь была в моей конуре, видела… А знаешь ли, Соня, что низкие потолки и тесные комнаты душу и ум теснят!
На всем готовом привыкли жить, на чужих помочах ходить, жеванное есть.
Бедность не порок, это истина. Знаю я, что и пьянство не добродетель, и это тем паче. Но нищета, милостивый государь, нищета — порок-с. В бедности вы еще сохраняете свое благородство врожденных чувств, в нищете же никогда и никто. За нищету даже и не палкой выгоняют, а метлой выметают из компании человеческой, чтобы тем оскорбительнее было; и справедливо, ибо в нищете я первый сам готов оскорблять себя. И отсюда питейное!
Их воскресила любовь, сердце одного заключало бесконечные источники жизни для сердца другого.
Потому страданье, Родион Романыч, великая вещь… в страдании есть идея.
Истинно великие люди, мне кажется, должны ощущать на свете великую грусть.
Изо ста кроликов никогда не составится лошадь, изо ста подозрений никогда не составится доказательства.
Муки и слезы — ведь это тоже жизнь.
Никому-то из вас я не верю! Первое дело у вас, во всех обстоятельствах – как бы на человека не походить!
Пожалеет нас тот, кто всех пожалел и кто всех и вся понимал, он единый, он и судия.
Как бы ни была груба лесть, в ней непременно по крайней мере половина кажется правдою.
Если убедить человека логически, что, в сущности, ему не о чем плакать, то он и перестанет плакать.
Нового шага, нового собственного слова они всего больше боятся… Раскольников
Смогу ли я переступить или не смогу! Осмелюсь ли нагнуться и взять или нет? Тварь ли я дрожащая или право имею!
Да вот еще: я убеждён, что в Петербурге много народу, ходя, говорят сами с собой. Это город полусумашедших.
Я согласен, что привидения являются только больным; но ведь это только доказывает, что привидения могут являться не иначе как больным, а не то, что их нет, самих по себе.
Человек он умный, но чтоб умно поступать — одного ума мало.
Не во времени дело, а в вас самом. Станьте солнцем, вас все и увидят.

Смотрите также